Юрий Соломко

Родился 18 июня 1986 года в пос. Бабаи Харьковского района. Окончил инженерно-педагогическую академию. Работал разнорабочим, в супермаркете, сортировщиком; ныне — курьер. Книга стихов «Школа радости» (М., 2013), публикации в журналах «©П» и «Урал», альманахе «Арт-ШУМ», интернет-издании «Новая реальность», на сайте «Полутона». Шорт-лист премии «ЛитератуРРентген» (2008, 2011), лонг-лист «Русской премии» и премии «Дебют» (2013). Живёт в Харькове.

Стихи полны действия, очень кинематографичны, причём съёмка как бы и не художественная, а документальная — перед нами вроде бы репортаж, новый «новый журнализм». Но в тексте, почти лишённом метафор, само прямое высказывание оказывается метафорой, жестом, преображающим мир. Всё как обычно, всё как всегда. И не ловкость рук — а что здесь ловить-то, — и никакого мошенничества, но заседание кафедры, на котором песочат прогульщиков, оказывается самой настоящей инициацией, газовому баллону приобретают пассажирский билет, а Дед Мороз уходит несолоно хлебавши, потому что под ёлкой есть уже подарок. Евгения Риц. Есть свет (рецензия на книгу «Школа радости», Волга, 2013, №5-6)

Стихи автора на фестивале Не здесь

Показать

Это было ещё в начальной школе.

Я ей нравился. Таскал у неё из портфеля сырники.

Любил фильмы с Брюсом Ли. Обожал зиму.

 

Вечером мама помогала мне собирать портфель и давала 20 копеек

на две булочки.

Вместо булочек перед уроками покупал четыре турецких жвачки “Турбо”.

Счастливый забегал в школу – через вход, где ещё не стояли дежурные.

 

После второго урока, на большой перемене в столовой –

на подносе стаканы с разбавленным молоком

(вкус хлорированной воды с молочным привкусом).

 

Три стакана (стакан за стаканом) –

дома и такого не нальют.

Родители вкалывают на заводе.

Говорят, что в ближайшее время будут работать там же.

 

Она не любит молоко. Мало того что разбавленное, так ещё и с пенками.

Но знает, что Любовь Иосифовна будет настаивать.

Вешает на край стакана пенки. Выпивает.

 

(Любовь Иосифовна внушает двум подружкам – Ире и Насте,

чтобы они выцедили хотя бы по полстакана,

и не видит, как Рита пьёт молоко.)

 

– Почему ты не пьёшь? – спрашивает Любовь Иосифовна у Риты.

– Я уже выпила.

– Ри-и-та... врать не хорошо!

– Я правда пила! Спросите у Валеры! Он видел...

 

И вот сейчас, по прошествии двенадцати лет, мне кажется, что если бы я, действительно, не видел, как она пьёт молоко, пьёт через силу, мучается, я, чтобы показать своё благородство, сказал бы, что видел, как она пила...

 

(Наверно, поэтому и соврал, наверно, поэтому и оказался сволочью.)

 

Когда вернулись в класс –

со стыда пересел от неё за последнюю парту.

Год не разговаривали. После почти не общались.

 

В восьмом – перешёл в другую школу.

 

На днях столкнулись в супермаркете: весь вечер не могли наговориться,

всю ночь она называла меня Валерка. Подумать только, – шептала мне на ухо, – из-за какого-то молока... из-за какого-то молока...

 

Утром накормила сырниками с чаем.

– Дай мне свой номер, – попросила она, – вечером созвонимся.

– Продиктуй мне свой – я пущу тебе вызов.

Продиктовала.

– До вечера, – сказала она.

– До вечера, – ответил я.

Прошёл арку. Она слишком меня любит, – подумал я и стёр её номер...

 

(Наверно, поэтому и соврал, наверно, поэтому и оказался сволочью.)

Показать

1

 

В школе нам говорили, что в этом году будет великая дата,

прекрасный праздник: 100-летие со Дня Рождения Ленина.

 

Тщательно готовились к предстоящему торжеству.

В последнюю неделю была атмосфера какого-то радостного возбуждения.

 

Я тоже очень радовался. И очень гордился. В этот год даже как-то по-особенному.

22 апреля у меня был день рождения и мне должно было исполниться одиннадцать.

 

2

Её родители дружили с моими. В коммунальной квартире

наши комнаты — практически одна против другой в конце коридора.

Распахнулись двери — вприпрыжку вбежала.

В её руке были шарики с надписью (надпись — не фабричная,

сама украсила шарики, видимо, разноцветными ручками):

«100-летие со Дня Рождения Ленина».

 

3

Говорит, она счастлива: у неё двое детей, муж — не пьёт, всё в семью;

У меня тоже двое — две девочки. И с женой мне очень повезло:

не мешает мне жить, принимает таким как есть;

 

Много говорили, пили и ели. Всё-таки встреча выпускников.

Даже странно: выпили порядком — никто не напился.

Удивительнее всего: было, что сказать друг другу.

 

4

Провожал домой (вспоминали тот День Рожденья).

Смеялись, как полоумные. Не забыла. Помнила до мелочей.

 

Лишь одна деталь мне виделась по-другому. Впрочем — не подал виду...

По её словам, на шариках красовалось: «С Днём Рождения, Саша!»